Отказ Киева от прямого диалога с Донбассом резко диссонирует с позицией Совбеза ООН

Урегулирование любого конфликта начинается с прямого диалога сторон

Генеральная линия мирового сообщества в отношении всех вооруженных конфликтов заключается  в попытках убедить стороны найти компромиссное мирное решение. Возможно ли это без прямого диалога между конфликтующими сторонами? Разумеется, нет!

Этапы развития конфликтов хорошо известны: это – разрешение, урегулирование и устранение. На этапе разрешения конфликта идёт обострение борьбы за собственные интересы, что приводит к серьёзным вооружённым столкновениям, что называется “до победного конца”. Во время урегулирования идёт поиск компромисса, взвешенно оцениваются выгоды и ущерб сторон, что постепенно приводит к относительной справедливости, длительному затишью с перспективой на мир. Ну а устранение конфликта – это уже полное устранение порождающих конфликт условий. Окончательный и стабильный мир.

Важно отметить, что стадия урегулирования конфликта может быть очень долгой – ведь именно в этот период идёт подготовка к финальному этапу – устранению конфликта. А вот этап разрешения конфликта, по всем международным нормам современного мира, любыми способами необходимо сократить до минимума, поскольку боевые действия – это всегда страдания мирных жителей.

Не лишним будет напомнить и то, что ни один конфликт на планете Земля не может решиться исключительно действиями внешних сил. Алгоритм перехода со стадии разрешения к этапу урегулирования заключается в принуждении конфликтующих сторон сесть за стол переговоров, и уже в непосредственном диалоге друг с другом обговаривать все острые вопросы.

Примеры результатов усилий международного сообщества по созданию прямого диалога конфликтующих сторон

Конфликт в Афганистане, пожалуй, один из самых кровавых и продолжительных в мире. Но и здесь, наконец, появился свет в конце тоннеля. 10 марта Совбез ООН  единогласно принял резолюцию США, поддерживающую договоренности между Вашингтоном и радикальным движением «Талибан». Согласно этому документу  возможны  значимые шаги в направлении прекращения войны и начало внутриафганских переговоров. Совет безопасности призвал все государства всячески поддерживать переговоры между сторонами конфликта в Афганистане, чтобы, наконец, прийти к устойчивому мирному соглашению.

Совбез  ООН даже готов пересмотреть санкционный список, составленный согласно резолюции СБ ООН от 1988 года. В этот  список входят физические, юридические лица, а также предприятия и группы, связанные с движением «Талибан». И что самое важное – в урегулировании конфликта  намерены принять участие все общественно-политические силы страны, что приветствуется авторитетными международными организациями.

Если кто забыл – до последнего времени “Талибан” считается террористической организацией, запрещённой во многих странах мира. И от действий талибов погибло больше мирных жителей, чем от действий террористической группировки “Исламское государство” (запрещена в России). Но нельзя закрывать глаза на то, что именно “Талибан” имеет огромную народную поддержку в Афганистане и без переговоров с талибами никогда проблему мира в стране не решить.

Венесуэла – сравнительно новая страна на карте “горячих точек” мира. Конфликт искусственно подогревался США, но и внутренние предпосылки для его развития тоже были. Тем не менее, Генсек ООН настоятельно рекомендовал всем сторонам в Венесуэле принять участие в инклюзивном диалоге, который поможет преодолеть кризис, не нарушая принцип верховенства права. Есть легитимный президент Мадуро, и есть для кого-то самозванец, но для части населения – лидер оппозиции Гуайдо. Совбез ООН приветствует диалог сторон, как единственный путь к миру.

Йемен – военно-политический конфликт между правительством и повстанцами-хуситами из шиитского движения «Ансар Алла» продолжается с 2014 года. Ситуация осложнилась тем, что на стороне правительства с марта 2015 года выступает военная коалиция арабских стран во главе с Саудовской Аравией. Тем не менее, в декабре 2018 года под эгидой ООН сторонам удалось договориться о прекращении огня и отводе войск из портового города Ходейда. А уже в январе 2019 года спецпосланник ООН по Йемену Мартин Гриффитс заявил о значительном прогрессе в урегулировании конфликта.

Ровно через год принята новая резолюция Совбеза ООН, которая является продолжением и поддержкой соглашения о городе Ходейда и портов Ходейда, Салиф и Рас-Исса. Диалоги конфликтующих сторон продолжаются, и международные дипломаты помогают организовывать новые площадки для переговоров.

Ситуация в Сирии остаётся пока сложной. Президенты России и Турции договорились о введении режима прекращения огня на линии соприкосновения в Идлибе с полуночи 6 марта. Хотя Совбез ООН и был проинформирован о российско-турецком соглашении по перемирию в Идлибе, но из-за позиции США документ не был принят. Однако, и Совбез ООН, и другие международные организации призывают к диалогу конфликтующих сторон, и подвижки в создании диалога уже были бы, если бы не «шкурный» интерес Вашингтона в этом регионе.

Что мешает Украине выйти на прямой диалог с властями ЛНР и ДНР?

Теперь поговорим об Украине. Киевские власти отказываются от прямого диалога с представителями Донецкой и Луганской народных республик о мирном урегулировании ситуации в Донбассе. Очередной этап переговоров в Минском формате снова превращается в фарс в стиле: конечно – “да”, но лучше – “нет”. То есть, в присутствии авторитетных международных представителей – а представители ОБСЕ таковым является по определению, Киев заявляет о своём желании соблюдать Минские соглашения, но после – очередной “тупик”.

Безусловно, желание украинских властей не признавать  представителей власти ЛНР и ДНР в качестве стороны переговоров, легко объяснимо: в этом случае разрушится вся концепция мифической “российско-украинской войны”. Кстати, именно поэтому президент Владимир Зеленский хочет вместо прямого общения  официальных властей, подсунуть некую “национальную платформу примирения”, которая призвана перевести диалог из политического поля в гуманитарные контакты обычных граждан. Эта площадка имеет право на существование, но только в качестве дополнения к основному диалогу  сторон на государственном уровне.

Вторым “выходом” из кризиса украинские ястребы видят урегулирование конфликта путём ввода международных миротворческих миссий. Но то, что когда-то удалось осуществить в Югославии, никто не допустит  сделать  в Донбассе. Концепция “миротворцев” – по международным законам исключительно “пожарное” реагирование! Поскольку быстрые действия не могут быть стратегически выстроенными, вслед за десантом миротворцев выдвигаются международные политические организации, дипломаты, представители СМИ, которые выводят стороны конфликта на прямой диалог. Это важно отметить – прямой диалог!

В Югославии никакой диалог не предусматривался изначально, там  под прикрытием “голубых касок” была осуществлена зачистка одной из сторон конфликта. Украине подобный сценарий реализовать не удастся — Россия не допустит расправы над Донбассом.

Киев очень хочет, но не может выйти из подписанных в Минске соглашений. . Проблема заключается в том, что не мирные соглашения “не работают”, а в том, что Киев отказывается, отказывался, и будет продолжать отказываться от ведения прямого диалога с Донбассом. Всё упирается в пресловутую мифологию «украино-русской войны». Украинская власть упорно не желает воспринимать власти Донецкой и Луганской народных республик как законных представителей Донбасса, поскольку это мгновенно разорвёт в клочья все «красные линии», якобы очерченные «украинскими патриотами».

Но позвольте – представители Киева, Донецка и Луганска пять лет назад подписали совместные документы в Минске, и что важно – эти документы прошли одобрение Совета Безопасности ООН. Кроме того, гарантами выполнения подписанного являлись канцлер ФРГ Ангела Меркель и президент Франции Франсуа Олланд. То есть, как бы не пытались сейчас в Киеве кричать “о сильном давлении на Украину и безвыходной на тот момент ситуации”, подобная позиция выглядит крайне безответственно. Чем, собственно говоря, нынешняя ситуация отличается от того, что было в феврале 2015 года? Да, сменились президенты Франции и Украины, но верховенство права – это касается даже такой территории беззакония, как Украина.

Многие политологи и эксперты недоумевают – как возможно подобное? Почему на постоянно обманывающий всех Киев нет управы? Вопросы эти, увы — риторические. Ключ от  украинского кризиса находится не в Киеве. И уж точно — не в Москве. Вашингтон, Берлин, Лондон … Выгодополучателей от украинского проекта много. Но тогда получается, что всё авторитетное мировое сообщество вместе с большинством членов Совета безопасности ООН или лукавят, желая скорейшего мира Донбассу, или же действительно, не имеют механизмов влияния на Украину? То есть — на талибов Совбез повлиять смог, а на артистов «95-го квартала» — кишка тонка?!

Отказ Киева от прямого диалога со стороной конфликта – представителями власти ЛНР и ДНР, резко диссонирует с линией авторитетных международных организаций, и прежде всего – с позицией Совбеза ООН, всячески поощряющих и поддерживающих  диалог конфликтующих сторон во всех кризисных странах.

Совет безопасности активно занимался помощью налаживания диалога в Афганистане, Сирии, Йемене, Венесуэле и многих других горячих точках. Но только Украина имеет наглость идти против всего мира в вопросе урегулирования затянувшегося масштабного конфликта.

Вот так и получается — намерения у международных дипломатов в вопросе прекращения войны в Донбассе самые благие, а результаты работы — только в том, что выгодно Киеву. Ничего, что сдвинуло бы подписанные в Минске соглашения с мёртвой точки, пока не сделано.

17.03.2020 - 10:37